Главные новости
Взгляните на любой город с высоты птичьего полета, и вы удивитесь, как насыщена его инфраструктура. В одном микрорайоне, рядом, почти стена к стене с жилыми зданиями, расположены и корпуса различных учреждений, и территории заводов, и котельные.
Все это усложняет проведение ремонтно-строительных работ, возникают проблемы — где установить леса, куда поставить локтевую вышку. Чем более благоустроена территория вокруг объекта работ, тем труднее применение любых механизмов.
Во всех этих случаях на помощь приходят люди с подготовкой, полученной в экстремальных условиях природной среды: альпинисты, скалолазы, спелеологи, которые решили свое хобби сделать основной специальностью, заменившие громоздкие машины надежным канатом и виртуозной техникой работы на отвесе. Благодаря им давно вошло в нашу жизнь понятие промышленного альпинизма. Но кто же они, люди, которых вы наверняка видели висящими на канатах на стенах панельных домов, мостах или дымовых трубах?
Один из них — наш земляк, которого окрестные дети уже окрестили человеком-пауком, молодой парень, студент четвертого курса строительного института Валентин Шешев. О его профессии и не только о ней наша беседа.
— Валентин, слово экстремальная к вашей профессии применимо?
— В какой-то степени, да. Согласитесь, человек, который проводит большую часть рабочего времени в офисе, если чем и рискует, то ошпариться горячим кофе. У нас же риски посерьезнее.
— Но это же ваш выбор?
Конечно. Я лично сам профессию выбирал, и она мне очень нравится. Не побоюсь быть банальным, но я на работу хожу, как на праздник.
— А с чего все началось?
— Экстремальные виды спорта я с друзьями осваивал еще в детстве, когда жил на Угличе. Позже отдыхал с родителями в Крыму, познакомился со спелеологами. Там впервые меня на тросе спустили в пещеру. Впечатления, надо сказать, незабываемые. Такой выброс адреналина. Мне после этого спуска глиной по лицу мазнули, дали вина выпить — своеобразный ритуал посвящения в спелеологи. Потом уже в Москве познакомился с промышленными скалолазами, понравилось, стал учиться, потом работать.
— А чем конкретно вы и ваши коллеги занимаетесь?
— Вообще у нас существует своего рода узкая специализация. Одни сосредоточиваются конкретно на строительстве. Допустим, дом готов, но остались недоработки, например, межпанельные швы не доделаны или что другое. Можно опять устанавливать леса, а можно обратиться к нам.
Другие занимаются конкретно рекламой: устанавливают перетяжки, баннеры, рекламные щиты, световые короба. Третьи специализируются на клининге: чистят стекла в высотных зданиях, зимой очищают от снега крыши, сосульки сбивают.
— А в чем преимущества промышленного альпинизма?
— Во-первых, промышленный альпинизм используется там, где невозможно или нецелесообразно использовать технику или возводить строительные леса. Далее — высокая мобильность. На установку тех же лесов надо разрешения получать, их собирать, а мы пришли, веревки забросили и работаем. Никому не мешаем, вечером закончили, прибрались, и не видно даже, что ремонт идет. Ну, и возможность проведения работ на участках любой сложности (здания необычной архитектуры, крутые кровли) — ведь мы все выполняем с веревок.
— Я читал, раньше альпинистское братство было настолько мощным, что если на улицах любого города встречались двое с альпинистскими значками на груди, то один у другого мог запросто попросить денег взаймы, как у близкого товарища, хотя увиделись они впервые в жизни. Сегодня такое братство осталось?
— Конечно. У меня даже формула такая: "Хочешь человека проверить — вывеси его". Я просто по технике безопасности не имею права один работать. Поэтому своему напарнику я жизнь доверяю. А он — мне. И отношения такие же. Если не верить, то работать невозможно.
— Во всех профессиях, связанных с риском, несчастные случаи происходят чаще всего с новичками и профессионалами. А у вас?
— Абсолютно так же. Одни еще неопытные, другие уже ничего не боятся. За гвоздь завязался и вперед... Но наша профессия, она же как болезнь. Многие травмируются, внутренности отшибают, но все равно возвращаются. Я работал с бригадой, в которой две женщины, обеим за пятьдесят. В прошлом инструкторы-альпинистки, не могут с высотой расстаться. Или мой коллега Роман с Северного поселка — упал, отбил внутренние органы, сейчас восстановился, опять висит.
— А кризис на вас сказался?
— В первую очередь, на нас и сказался. Я же в основном в Москве сейчас работаю. Так вот там уже в сентябре строительство стали замораживать. Сначала альпинисты из Москва-Сити на себе это почувствовали, потом и другие. К ноябрю-декабрю строительство чуть ли не везде свернули.
— Возвращаемся к риску. Несчаст