"Я ПОЛУЧАЛ ЗАПЛАКАННЫЕ ПИСЬМА"

17 февраля 2010 2624

Некруглая дата — двадцать один год со дня окончания Афганской войны, последней международной войны, в которой участвовал Советский Союз. Чем сегодня занимаются воины-интернационалисты, как к ним относится государство и простые люди?

В кино и наяву

Сергиевопосадец Дмитрий Киселев был одним из тех, кто оказался на этой войне. За девять месяцев в Баграме он участвовал в восьми боевых операциях как огнеметчик. Так совпало, что его 345-й парашютно-десантный полк теперь можно видеть в фильме "9 рота". "Я не был участником тех событий, которые показаны в кино, — вспоминает Дмитрий, — но знаком с теми, кто там побывал".

Художественных фильмов об Афганской войне снято не так уж и много. Она не была кровопролитной в той мере, в какой оказалась Великая Отечественная (грубо говоря, 20 тысяч и 20 миллионов). Не была победной, и к моменту ее окончания, люди, готовые и способные перевести ее в художественную плоскость, находились не сразу.

Я ПОЛУЧАЛ ЗАПЛАКАННЫЕ ПИСЬМА`

Как ни странно, даже качественных фотоматериалов из Афганистана тоже мало — в первую очередь это касается бытовых, повседневных снимков. Старенькие "Смены" в частях передавались от старших к младшим, объективы царапались, сами аппараты ходили по рукам и ломались. Цветных фото почти не было — наш собеседник говорит, что сегодня он даже удивляется, если видит "афганскую" карточку в цвете.

Дмитрий обмолвился, что сегодня он был бы не против снова оказаться в Афганистане — на сей раз с мирным визитом. На эту волну его настроили знакомые, побывавшие там в качестве туристов. Домой они привезли много отснятого видео.

Им удалось пообщаться с бывшими врагами — басмачами, местными жителями, стрелявшими в солдат, пришедших с севера. Удивительно, но душманы отдают противникам дань уважения — говорят, с ними можно было воевать "стенка на стенку", в обычном открытом бою. "Конечно, в семье не без урода, — говорит Дмитрий, — но, думаю, что-то человеческое мы все же сделали".

Не все душманы сегодня автоматически перешли в лагерь "Талибан", но война продолжается. И не только с противником извне: страну по-прежнему раздирают многочисленные междоусобицы.

Ошибки, которые совершало советское руководство, по мнению Киселева, сводились к организации боевых действий. Те, кто отдавал приказы, как будто не знали, какой климат в этой стране, какие там условия. "Мы с боевым товарищем посчитали — наше снаряжение весило шестьдесят килограмм, и ходить приходилось и по горам, и в семидесятиградусную жару".

Дмитрий состоит в районной организации "Боевое братство" и, как многие в этой организации, старается не говорить об осуждении войны. Сейчас с товарищем-афганцем он занимается бизнесом, но в каком-то смысле по-прежнему ощущает себя солдатом, в чьей жизни была присяга.

Его старшая дочь учится в выпускном классе. По ее словам, почти все ребята чуть ли не поголовно хотят поступить в учебные заведения при МВД. Главный повод — избежать службы. Она спрашивает: "Пап, зачем вам все эти мероприятия, встречи в школах?" Дочери не грозит военная служба, но отец пусть даже на таком примере хочет объяснить своему ребенку, что не все делается во имя выгоды.

Во имя чего на эту войну отправляли советских солдат? Как их отблагодарило государство? "Бесплатный проезд в общественном транспорте", — после паузы вспоминает Дмитрий. Но, по его же словам, в этой ситуации требовать чего-то он не вправе.

Может, и поэтому многие "афганцы" начали пробовать себя в бизнесе, где можно положиться только на себя и на узкий круг понимающих единомышленников?

Правда-неправда

Его отправили в Афганистан после полугода в учебной части в Фергане. Дмитрий долго не признавался родителям в том, что он оказался в Афганистане. Писал, что перебросили в Монголию.

«Я ПОЛУЧАЛ ЗАПЛАКАННЫЕ ПИСЬМА»

Так продолжалось бы и дальше, если бы командование не приказало написать правду. "Все мои письма до сих пор целы. Я недавно их с интересом перечитывал и удивлялся, как я мог так хорошо написать. Сейчас бы, наверно, так уже не получилось".

Он не помнит, что ему отвечали из дома, но в памяти отпечаталось, что письма приходили заплаканными. Он не единственный, побывавший в этой стране, — двоюродный брат Дмитрия тоже в свое время служил в Афганистане.

Что интересно, во времена, когда служил брат, позиция руководства страны была диаметрально противоположной: официально считалось, что никакой войны, никакого "Афгана" просто нет! "Но в наше время уже была Перестройка, можно было смело написать про советский режим. Мы и сами читали про Сталина и удивлялись, что такого про свою страну не знали!" — рассказывает Дмитрий, чьи служба в Афганистане пришлась как раз на финал большой военной кампании.

Он — уроженец Загорска. Учился в школе № 19, поступил в училище № 88, а затем на ЗОМЗ. Туда, на завод, он и мечтал вернуться после службы. Но дома его встретила совсем другая страна.

Дмитрий Киселев вспоминает, как жил первое время после возвращения. Как учился у тех, кто вернулся перед ним, адаптироваться к новой жизни. Как удивился, когда увидел на улице милиционеров с дубинками. Вспоминает, что хотел вернуться на ЗОМЗ и упасть в объятия Родины, но все его наставники-бригадиры, некогда красовавшиеся с лентами и орденами ударников труда, стали кооператорами. Как ему пришлось скрывать контузию, чтобы устроиться на работу. Им всем пришлось осваиваться в своей новой стране.

Владимир КРЮЧЕВ

Газета "Вперед"