Главные новости
Женщинам свойственна одержимость в любви. Женщина готова на все! Она прощает мужчине грубость, холодность, даже измены, рассчитывая на то, что когда-нибудь он оценит ее любовь и поймет, как она ему нужна. Однако добиться взаимности, увы, удается не многим. История, о которой я хочу рассказать, произошла в педагогическом институте и представляет собой скорее исключение из общего правила трагических исходов неразделенной любви.
Студенческие годы — самая романтичная пора в нашей жизни. И, безусловно, любовным романам в ней отводится гораздо больше места, чем занятиям и книгам. Поэтому неудивительно, что студентки с начала учебного года уделяют больше внимания изучению приходящих в аудиторию мужчин, чем учебной литературе. Но пристальный женский взгляд оценивает не только своих однокурсников. Особого внимания девчонки удостаивают молодых педагогов. И если те умны и при этом хороши собой, то стайки студенток слетаются к ним на каждую лекцию, как на свидание.
Впрочем, персонаж, о котором пойдет речь, такой силой обаяния явно не отличался. Более того, за глаза его все звали "козлом". Но столь неприглядное прозвище он получил вовсе не потому, что нещадно валил студентов на экзаменах, а благодаря своему излишне интеллигентному внешнему виду, а точнее, редкой светлой "козлиной" бородке. Ко всему, на кафедре предмет достался "козлу" самый нудный — ядерная физика. Как и всех непризнанных гениев, педагогика интересовала его в меньшей степени, он читал лекции больше себе под нос. Посему студенты на занятия к "козлу" ходили неохотно, и больше для того, чтобы просто пообщаться или списать очередной предмет.
Кто бы мог подумать, что такое "чудо света" вскоре удостоится любви, достойной пера Стендаля. Поначалу ее внимания к нему никто не замечал. Она, как и все студенты, приходила на предмет, садилась за первую парту и кропотливо записывала лекцию. "Козел", как обычно, что-то бубнил, уткнувшись в свои записи, и только когда в аудитории становилось совсем шумно, он "выплывал" из нестройного ряда выведенных им на доске физических формул, и из всей этой галдящей толпы его взгляд наталкивался лишь на "ядра" ее неизменно обращенных к нему глаз. Как правило, в такие моменты она что-то переспрашивала, шикала на соседей, требуя вести себя потише, и каждый раз после лекции подходила к нему, чтобы уточнить тот или иной вопрос.
Такое рвение студентки к предмету "козлу" откровенно льстило. Он терпеливо отвечал на ее вопросы, давал пояснения. Однако вскоре даже до его загруженного до упора ядерной физикой сознания дошел слушок, что девушку, мол, интересует не столько его предмет, сколько сам преподаватель. К тому времени как физику открылась эта информация, подробности любви студентки смаковал уже весь институт. "Это надо же, в кого влюбилась — в нашего козла!" — открыто перешептывались не только студенты, но и сами п