ПЕРЕПИСЬ ШАГАЕТ ПО СЕЛУ

18 июля 2006 2164

ПЕРЕПИСЬ ШАГАЕТ ПО СИЛУСтарое доброе стихотворение про почтальонов со словами "Кто стучится в дверь ко мне..." уже не актуально - их общение с подписчиками сейчас ограничивает почтовый ящик. Но в последний месяц в дверь сельских жителей и дачников стучатся другие люди уже в желтых фуражках - переписчики. У Надежды Федотовой - одной из сотрудниц Всероссийской сельскохозяйственной переписи толстая сумка на ремне через плечо и большой запас обаяния. Вместе с ней мы отправились проводить сельхозперепись в деревне Тураково.

Надежда Александровна не только сама жительница Туракова, но и в недавнем прошлом работник сельсовета. Поэтому большинство жителей деревни относятся к ней доброжелательно. Тем не менее она говорит, народ переписи боится и неохотно отвечает на некоторые вопросы: "Большая часть деревенских жителей - люди пожилые. Некоторые еще помнят те времена, когда налогом облагалось каждое дерево, каждый кустик. И хотя мы стараемся заверить, что перепись не повлечет за собой новых сборов, народ не очень-то в это верит". Правда, пока никто не отказался от участия в переписи. "У меня на участке 138 объектов, - говорит Надежда Александровна. - Я уже побывала в 80 дворах, и пока только одна дама не пустила меня за калитку, сославшись, что собака не привязана. Пришлось мне брать у нее все сведения через щелку в заборе ".

Каждый день Надежда Александровна старается пройти и собрать сведения в десяти дворах. Сроки поджимают: заполненные анкеты надо сдать начальнику участка переписи до 20 июля. В каждом доме за вопросами приходится провести не меньше 20-30 минут - слишком уж они подробные. Кроме того, есть вопросы настолько сложные, что и сами переписчики не сразу смогли толком разобраться, что требуется.

Первый дом, в который заходим, - владения Виктора Чернова. Хозяин заботливо метет дорожку и гостеприимно приглашает в дом. Но право отвечать на вопросы передает жене - Валерии Михайловне.

Когда шла на задание, и представить себе не могла, что вопросы сельхозпереписи настолько подробны. В анкете, которую, кстати, заполняет сам переписчик, вопросы не только о площади участка, дома и подсобных строений, но и о количестве посаженных грядок с морковкой, свеклой, горохом, фасолью, огурцами, помидорами и прочей снедью. Интересуются площадью газонов и количеством цветочков во дворе. Если хозяин затрудняется ответить по части площадей, спрашивают о количестве высаженных корней.

Еще интересуются косточковыми деревьями, кустиками смородины, малины и ежевики, количеством кустов клубники и земляники, и, конечно, скотом.

Валерия Михайловна терпеливо отвечала на вопросы переписчика, вспоминая, сколько же корней капусты высадила в этом году. Ее муж после примерно десятого вопроса только всплескивал руками: "Не понимаю, зачем все это. Лучше бы помогли селянам".

Виктор Владимирович на государство в обиде: всю жизнь работал в колхозе, потом в совхозе. После перестройки, когда все хозяйства "загнулись" и большинство из них выделило своим рабочим земельные доли по 10-15 гектаров, им не досталось ничего. "Сейчас бы собраться да к юристу пойти, но куда нам...", - вздыхает Виктор Владимирович. Потом семья Черновых хотела заняться фермерством: купили два стареньких трактора, бульдозер, грузовую машину. "Тогда кто в фермеры пошел, кредиты у государства брали пятитысячные. Представляете! Это ж теми деньгами. А я ни копейки не просил, все на свои".

Пришли в сельсовет землю просить - председатель только набычился, а обратился в тогдашний исполком, так первый вопрос: а вы что-нибудь знаете о сельском хозяйстве? Обиделись тогда Черновы: мы-то знаем, а что о нем знала та советская номенклатура? Пришлось Виктору Владимировичу вместить все свои знания и желание в свои 27 соток. Сейчас у него каждый квадратный метр огорода используется, да еще три коровы-кормилицы и три теленка. Но за деревню свою Виктору Чернову обидно - в упадок, говорит, приходит.

- Да где же в упадок, - пытаемся мы ему возразить, - посмотрите, какие коттеджи растут в Туракове, не хуже и не меньше городских.

- То-то и оно, - отвечает Виктор Владимирович. - Будь моя воля, я бы не разрешал так деревню - поганить. Ведь российская деревня - это небольшие, крепенькие избушки и большое хозяйство. А сейчас? Дома большие и пустые. Жить в них не живут - такой разве печкой протопишь? Нет, а газ пока не подвели, хотя и обещают. Вот и стоят эти привидения.

В следующем доме, в который направилась наша переписчица, нам открыли не сразу. Тихая старушка Нина Чернова (говорят, в Туракове много однофамильцев) с опаской пустила нас в дом. После смерти мужа она осталась одна. Одна и огород обрабатывает. Не весь, конечно, на сколько сил хватает. Сажает то же, что и все в деревне - в основном огурцы, морковь да свеклу. На вопросы переписчика отвечает терпеливо.

В следующем дворе - три поколения женщин семьи Смирновых - прабабушка, бабушка и маленькая внучка Вика. Двор не похож на деревенский: ухоженный газон, клумбы по периметру, большие горшки с розами и вазоны с петуниями. "Это у меня старшая дочь занимается", - говорит хозяйка усадьбы. С самой усадьбой и землей ясности мало: женщины говорят, что дом и земля поделены между тремя сестрами. Но непонятно, оформлено все официально или нет.

Еще в один дом идем с большой опаской: у калитки подозрительная цепь, на которую обычно сажают злющих собак. Надежда Александровна рискует пройти не сразу: сначала стучит по забору, потом кричит хозяев. Никто не отвечает. После пятиминутной суеты переписчик зашла в дом: оказалось, хозяева смотрят сериал, а собака привязана в огороде.

В хозяйстве Сергея и Валентины Семеновых еще одна - четвертая и последняя корова в большой деревне Тураково. Семеновы отвечают на вопросы переписи терпеливо. Но через несколько мгновений, в ответ на очередной вопрос о количестве корней посаженной капусты, рассмеялись: кто же их считал! В остальном все стараются припомнить до мелочей - даже год покупки трактора и новой коровы. "Может, чаю вам поставить, Надя, а то пока до своего конца деревни дойдешь - пить захочешь", - спрашивает хозяйка на прощание.

"Приятно, когда люди к тебе по-доброму относятся, - говорит Надежда Федотова. - Понимают, что перепись дается не просто. Но ведь главное, чтобы результат был".

Наталья АНДРЕЕВА

Фото Алексея СЕВАСТЬЯНОВА

История сельхозпереписей

Первые сельскохозяйственные переписи в Киевской Руси проводили монгольские ханы с целью взимания с русских земель дани. Так, летопись повествует, что перепись в русских областях проводилась в период с 1246 по 1259 г., а позже - в 1273 и 1287 гг. Летопись отмечает, что "окояннии изочташа всю землю русскую токмо не чтоша игуменов", т. е. привилегированную часть населения. Переписи строились по системе опроса.

Татарские баскаки (чиновники), приезжавшие "по число", должны были "ездити по улицам писати дома хрестьянские". Операции по включению в "число" осуществляли особые "численцы" - специальные лица, в обязанности которых входил учет населения и хозяйства.

С XV века уже русские князья стали вести писцовые книги. Туда записывали размеры пашни и сенокосов, огородов, промышленных заведений. Эти книги являлись юридическим документом во всех случаях, когда приходилось доказывать право собственности на описанную в них землю или на записанных в них крестьян.

После учреждения земств стали проводиться земские переписи. Для удобства стали создавать специальные статистические бюро. Первые начали работу летом 1870 года в Вятской губернии.

В 1916 году по единому плану и под руководством государственной исполнительной комиссии была проведена всероссийская сельскохозяйственная перепись, а в 1917 году - всероссийская сельскохозяйственная и поземельная переписи. Целью переписей было определение размеров земельного фонда.

Первая советская сельскохозяйственная перепись 1920 года проводилась по аналогичной программе, что и переписи 1916-1917 годов. Окончание переписи было неодновременным по различным территориям. Итоги опубликовывались по губерниям отдельными выпусками. Перепись была признана неудачной.

Потом крупномасштабных сельхозпереписей не было.

В России сельхозперепись охватит более 36 миллионов объектов и затронет около 100 миллионов человек. На проведение выделят 6,5 миллиарда рублей. Цель переписи - выявить потенциал сельского хозяйства и проблемы в его развитии, а также выработать эффективную агропромышленную политику. По итогам переписи Минсельхоз рассчитывает составить полное представление о земельных угодьях и поголовье скота.

Газета "ВПЕРЕД"