ПОДПИСЬ В ОБМЕН НА ВЕРУ. В ЛЮДЕЙ

14 июля 2008 1764

ПОДПИСЬ В ОБМЕН НА ВЕРУ. В ЛЮДЕЙВ Пенсионном фонде очередь, как в советские времена за дефицитным товаром. Что дают? Всего-навсего право пенсионеру самому выбрать, кому доверить доставку пенсии. Между прочим, право, гарантированное законом.

Газета за последние пару месяцев столько строк посвятила скандалу с доставкой пенсий, что думали, и не придется возвращаться к этой теме. Разбирались в происшедшем сами, выслушивали возмущенных пенсионеров, предоставляли слово представителям почты и банка, претендующих на доставку. Казалось, конфликт исчерпан и стороны вернутся на стезю цивилизованных отношений. И вдруг опять жалобы, опять звонки от обиженных.

Вначале позвонили с Реммаша, причем с разных адресов. Взволнованные пенсионерки хотели выяснить... кому же доверили доставку пенсий. Вот те раз! И это после всех разъяснений — как с телеэкрана, так и через газеты.

Как нам рассказали, вновь пришли доставщики (те, кто ходил всегда, и кому пенсионеры доверяли) и предложили подписать то ли заявление, то ли договор. При этом, если верить, задавался один и тот же вопрос: "Вы хотите, чтобы вам приносили пенсию на дом?" "Конечно, хотим", — отвечали пенсионеры и ставили подпись.

Поскольку о том, что на доставку претендует не только почта, к которой привыкли, но и некий банк, пенсионеры района уже знали (как и о том, что проходит процесс не совсем гладко), некоторые из них, обеспокоенные происходящим, после подписания просили доставщика... шепнуть по секрету, в пользу кого они подписались. Кто-то отвечал, что это почта, кто-то говорил, а не все ли вам равно. Так нам рассказывают пенсионеры.

А на днях пошли звонки из Сергиева Посада. Одна из позвонивших (Новоугличское шоссе, дом 63) была крайне удивлена: почему ее матери принесли пенсию из банка, если уверяли, что подпись она ставит в пользу почты? И женщина, приехавшая из Ангарска навестить больную мать (которой девятый десяток, четвертая стадия онкологии), побежала в Пенсионный фонд делать переадресовку. А там не хотят принимать заявление — нужна доверенность с подписью нотариуса или сама еле ходящая бабушка.

А до этого бабушку еле довели до почты, потому что сказали, что можно передать заявление через почту. Но потом из Пенсионного фонда сообщили, что заявления примут, только если они будут отправлены заказным письмом. Дочь несчастной пенсионерки после всех мытарств побывала и в прокуратуре. Но там будто о проблеме и не знают. Предложили принести из Пенсионного фонда письменный отказ принять заявление в пользу почты. Принести-то можно. Да кто ж его даст? И разве проблема уже не приобрела массовый характер? Разве сама прокуратура не имеет право инициировать расследование, как все случилось? Почему, к примеру, не поднять заявления, подписанные в пользу банка (например, пенсионерами Реммаша) и не узнать: те действительно вписали в бланк название организации-доставщика или только поставили подпись? Чьей рукой заполнена строка после слов "Прошу выплачивать мне пенсию..."? Или все и так понимают, что происходит?

Как получилось, что пенсионеры (оговоримся, не все) не знают, что подписали? Раз за разом я задавала им этот вопрос. Ответы впечатляют. "Нам сказали, что надо только поставить подпись", что долго надевать очки, что до сих пор все было хорошо, и главное (это говорили все опрошенные), что доверяют людям, которые приносят пенсии.

"Мы, — говорили мне, — их знаем". Одна, как оказалось, знает, что зовут доставщика Виктором Владимировичем (ни фамилии, ни телефона для связи), другой и имя неизвестно. Кого искать? На кого жаловаться? Один доставщик, по словам пенсионерки, сказал замечательную фразу: "С кем заключит Пенсионный фонд договор, тот и будет пенсию носить". Но ведь это, мягко говоря, не совсем так. Только сам пенсионер имеет право решать, кому он доверит свои деньги. Более того, говорят, по району распускается слух, что почта доживет в лучшем случае до нового года. И т. д.

Мы не знаем, до какого года доживет почта. Как не знаем, как долго будет жив засветившийся в скандале банк. Долгие лета им обоим. Но так хочется верить, что обман пенсионера, который доверчиво ставит свою подпись под договором, не читая его, потому что доверяет человеку без имени и телефона, аукнется взявшему такой грех на душу.

А может, нескольким плохо соображающим старушкам просто что-то померещилось? Может, все, о чем мы пишем, неправда? И нет проблем?

Тогда почему, посетив в среду, по звонку в редакцию, Пенсионный фонд, мы увидели толпу в несколько десятков пенсионеров, большинство из которых стояли в очереди, чтобы переписать заявление? У кабинета мы встретили и женщину из Ангарска. Она отстояла полтора часа, и, наконец, ее больная мама получила регистрационный номер заявления, в котором выражает свою волю. "Зачем, — спрашиваю, — номер-то?" Оказалось, чтобы в случае чего проверить, не произошло ли подтасовки. Жизнь учит, и это радует. Может, теперь будем читать, что подписываем, и не доверять человеку без фамилии.

Интересная деталь. В очереди нам поведали, что за час до нашего приезда прошел слух: сейчас отключат свет, и компьютеры остановятся. Примерно половина людей из очереди покинула помещение.

Но ведь они вернутся.

Галина СЕРОВА

Газета "Вперед"

ОТ РЕДАКЦИИ. Мы со своей стороны направили письменный запрос руководству Пенсионного фонда РФ с целью получить пояснения по поводу происходящего в Сергиево-Посадском филиале фонда.